«Семеро сыновей моих»

И снова невольно думаешь о другой картине, где стремительность действия, захватывающая напряженность событий не заслонили драматической истории семьи Локисов, великого смысла того нового, что властно входило в действительность, завоевывая свои права дорогой ценой человеческой жизни. В Локисах воплотились сила и надежда новой Советской Литвы, в них дышит «почва и судьба». Это прежде всего и придавало фильму «Никто не хотел умирать» подлинную значительность. К сожалению, «протагонисту» истории Зигмасу Альсису в фильме «Мужское лето» не хватает полноты психологических черт, отражающих устремления народа, за будущее которого он борется.

«Мужское лето» продемонстрировало профессиональные удачи, порадовало крепким актерским ансамблем, хотя и не продвинуло литовский кинематограф вперед в развитии поэтической стилистики, в режиссерской разработке тем и проблем, уже освоенных в предыдущих работах.

В двух измерениях

«Семеро сыновей моих» «Азербайджанфильм», 1970.

Самед Вургун не успел дописать свою «Комсомольскую поэму». Остались фрагменты, тщательно собранные и изданные после смерти поэта. Остались главы — акты незавершенной драмы в стихах и лирические отступления автора; скорбная история любви Умай и Джалала, в чем-то повторяющая драматическую фабулу «Ромео и Джульетты»; сатирические миниатюры — там, где речь идет о бывших властителях нефтеносного Баку; эпические описания сражений.

Вся эта сложная, разноликая цепь эпизодов, каждый из которых не сходен с другим, пусть и стоящим рядом, скреплена изнутри не просто точными сюжетными ходами или общими для всех эпизодов героями. Ощущение внутренней цельности неоконченной поэмы Самеда Вургуна создается прежде всего активным присутствием автора. Не только свидетеля и очевидца. Поэт возвращается к минувшему спустя многие годы, и его волнует не детальный пересказ событий недавнего прошлого. Он стремится передать раскаленную атмосферу тех лет. Грозовые раскаты едва ли не каждого дня той жизни. Голоса бурь, что так или иначе пронеслись над каждым из его героев. Осмысливая, оценивая прошлое, автор обращается и к друзьям своей юности и к их потомкам — так рождается многообразие стилистических форм, примененных в поэме Самедом Вургуном, его свобода в обращении со временем, неповторимость его ритмов и интонаций.

«Комсомольская поэма» — произведение откровенно романтическое. Вспоминает ли поэт о первой встрече Бахтияра, вожака комсомольцев, и любимой им Гюльзар, или подробно «протоколирует» одно из комсомольских собраний, где разбирается проступок Мир-паши, — всюду главенствует изначальная мысль автора о величии времени, величии подвига его героев, о тех высоких моральных критериях, которыми определяли они смысл своей жизни: «Я верю — будет долго жить творенье гордой чистоты, и ты в веках отметь, поэт, тех современников черты!»

Самеду Вургуну принципиально необходимы и важны и эта возвышенная интонация, и этот лирический пафос. В общей патетической тональности всего повествования, в сознательно приподнятой манере, в какой ведется рассказ, и заключен источник того органического единства, которым отмечены фрагменты неоконченной поэмы.

Авторы фильма «Семеро сыновей моих» — сценарист Ю. Самедоглу и режиссер Т. Тяги-заде, обратившись к фрагментам поэмы, не могли остаться на той стадии ее развития, на которой смерть остановила руку поэта.

Они стремились сообщить цельность своей киноверсии поэмы, искали способ создать произведение с активно развивающейся и целостной интригой, с четко обозначенными и последовательно проявленными характерами героев.

…Семеро комсомольцев приезжают в глухую азербайджанскую деревню Пейканлы, чтобы установить там Советскую власть и уберечь население от зверских нападений банды Герай-бека, местного богача, скрывающегося в горах со своим отрядом.

Татуировки приходят на наши тела часто неожиданно и спонтанно. Кто-то по молодости, другие же по стилю, третьи для памяти. Обращайтесь в Город, если хотите набить или поправить свою татуировку. Рекомендуем.

Размещено в Блог, Гогет.